19:10 

2.5

~Ewigkeit~
Маршал Ли полагал, что мораль проста: Мы в ответе всегда - все - за сабж поста
5

Валентин всегда уходил рано утром – раньше, чем Лайза просыпалась. Так случилось и в этот раз.

Когда вошла Грета с кувшином воды для умывания, герцогиня Придд была в комнате одна. С удовольствием потянувшись, Лайза выбралась из постели – и поняла, что у нее подгибаются ноги. Вчерашние волнения давали о себе знать. Больше всего хотелось юркнуть обратно под одеяло и больше не вылезать, особенно к гостям. Но ызарги ждали – впереди был завтрак и торжественные проводы отъезжающих. К обеду в Васспарде останутся только друзья – Арно, маршал Ариго с семьей и Катершванцы. Генерал Райнштайнер, хотя и почитался, если не близким другом, то очень хорошим знакомым семьи Приддов, сегодня же отбывал обратно в Акону. Выполнив долг вежливости, он стремился вернуться к своим обязанностям.

Лайза с нетерпением ждала обещанной после обеда конной прогулки – живя в Васспарде около месяца, она так ни разу и не выбралась посмотреть окрестности. Одной герцогине выезжать не полагалось, а Клаус-Максимилиан и Валентин были заняты подготовкой к приему. Кроме того, погода в последнее время оставляла желать лучшего. Однако сегодняшний день обещал быть ясным и не по-осеннему теплым. Подмигнув встающему над горизонтом золотому солнцу, Лайза отправилась умываться.

Хорошо, когда тебе семнадцать – можно полночи не спать и выйти к завтраку свежей, как утренняя роза. Так сказала Ирэна, зайдя к Лайзе перед выходом, чтобы помочь выбрать украшения. Впрочем, сама графиня Гирке выглядела как всегда безукоризненно, а выползающие из своих комнат гости...

За завтраком царило гробовое молчание – кавалеры и дамы, как могли, прятали друг от друга опухшие лица. Конечно, нашлись и те, на которых ночные возлияния не сказались, но таких было меньшинство. Кудрявый барон, тот самый, что вчера назвал Лайзу дриксенской шпионкой, хриплым голосом провозгласил тост за гостеприимных хозяев, его вяло поддержали несколько голосов. На том все и закончилось.



А проводы затянулись. Валентин и Лайза статуями торчали на крыльце, поочередно раскланиваясь с расползавшимися по каретам ызаргами, каждый из которых считал своим долгом лично поблагодарить герцогскую чету. «Мы счастливы...» - «Нет, это мы счастливы...» - «Вы были восхитительны...» - «Повару необыкновенно удалось жаркое...» - «Ждем с ответным визитом...» - «Ваш прием не уступает столичным балам, я непременно расскажу о нем в Олларии...» - «Этот вечер я буду вспоминать долгие годы...» Если бы не услышанные накануне откровения, герцогиня Придд, возможно, приняла бы расточаемые гостями комплименты за чистую монету...

К тому времени как отъехала последняя карета, у Лайзы опять разболелась голова. Валентин молча взял ее под руку и повел наверх, в сиреневую гостиную, где на герцогине тут же повис счастливый Анри. Улыбнулся Жермон Ариго, рассмеялись Арно и Ингрид, даже Клаус изобразил что-то вроде усмешки – и усталость исчезла, растворившись в затопившей сердце радости. Лайзе вдруг стало необычайно уютно, словно она вернулась в родную Метлих.

Близнецы-Катершванцы переглянулись и понимающе кивнули друг другу.

- В Бергмарк есть один обычай..., - начал то ли Йоганн, то ли Норберт. - Мы будем рады исполнять его довольно скоро...

- Йоганн!

Лайза растерянно обернулась к мужу – Валентин невозмутимо кивнул и помог Анри взобраться ей на руки.

- Туда! – потребовал малыш, потянувшись в сторону окна.

Большинство обитаемых комнат замка выходили окнами в сторону двора, где высокие стены защищали нижние этажи от ветра. Сиреневая гостиная располагалась довольно высоко – отсюда можно было увидеть притулившуюся под стеной деревню, за которой начинались поля вперемешку с редкими рощицами.

А с противоположной стороны замка были река и густой лес – но их Лайза видела лишь мельком, когда заглянула в одну из гостевых комнат во время подготовки к приему.

Анри вертелся ужом, требуя рассказать о каждой замеченной им мелочи – в углу замкового двора солдат чистит алебарду, рядом пыхтит, высунув язык, лохматая собака; посреди деревенской дороги встретились две бабы с болтающимися на коромыслах пустыми ведрами и обсуждают что-то, умудряясь размахивать руками; за околицей, на скошенном лугу играют в догонялки дети...

Краем уха Лайза слушала непринужденный разговор – Арно мрачно рассказывал, как вчера отбивался сразу от трех мамаш – маркизы, виконтессы и баронессы, пытавшихся навязать ему своих незамужних дочерей. Норберт подтвердил, что им с братом тоже пришлось нелегко, хотя «диким бергерам» досталось несколько меньше внимания. Говорят, какая-то вдовствующая графиня пыталась самочинно посвататься к генералу Райнштайнеру... Ойген от такого напора слегка растерялся, но быстро взял себя в руки и спровадил навязчивую даму к случившемуся тут же пожилому марагонскому барону.

Слуги, тем временем, уже выводили во двор лошадей. Анри сдали на поруки Илсе, пообещав привезти ему красивых желтых листьев. Ингрид и Лайза переоделись в костюмы для верховой езды, Ирэна от прогулки отказалась.

Их небольшая кавалькада проехала через деревню, обратив на себя внимание разве что собак и детей. Взрослые, не глядя, снимали перед господами шапки и возвращались к своим занятиям – кто-то рубил дрова, кто-то перекапывал к зиме огород, кто-то латал крышу... В Метлих посмотреть на едущего мимо барона выбегала вся деревня, а здешним жителям, похоже, за глаза хватило разъезжавшихся все утро знатных гостей.

Выехав из деревни, свернули направо – в небольшую рощу. Клаус сообщил, что им предстоит объехать замок по довольно широкой дуге – до ближайшего приличного спуска к реке путь неблизкий. Граф Васспард и герцог Придд ехали впереди, о чем-то негромко переговариваясь. Далее степенно следовали Жермон и Норберт Катершванц, а за ними – Ингрид с Лайзой. Арно и Йоганн сначала замыкали процессию, но скоро заспорили о каких-то лошадиных премудростях и умчались соревноваться на большую дорогу, пообещав догнать остальных позже.

Лайза ерзала в седле, пытаясь устроиться поудобнее. Опыт езды «по-дамски» у нее был небольшой – те самые три с половиной хорны из Метлих до ближайшего города. Но тогда свежеиспеченную невесту герцога Придда удобства волновали в последнюю очередь – происходящее казалось совершенно нереальным... Сейчас же, помимо прочего, приходилось следить, чтобы длинная юбка не порвалась, зацепившись за какой-нибудь куст. К счастью, умная лошадка сама аккуратно обходила лезущие на дорогу ветки, и Лайза понемногу успокоилась. Ингрид вежливо молчала, дожидаясь, пока спутница сможет обратить на нее внимание – но теперь можно было начинать разговор. В первую очередь следовало сказать о погоде...

- Сегодня тепло, - любезно сообщила герцогиня Придд.

- Да, - Ингрид вздохнула полной грудью. – Осенний воздух очень полезен для здоровья.

Графиня с герцогиней переглянулись и рассмеялись – учтивые слова показались глупыми и неуместными.

- Жермон не слишком любит изысканное общество, балы кажутся ему скучными. Поэтому граф и графиня Ариго нечасто посещают торжественные приемы, и я успела разучиться вести светскую беседу... Вчера пришлось трудновато – но Анри каждый раз по-рыцарски спасал маму от конфуза.

- У тебя замечательный сын!

Ингрид довольно кивнула. Они были «на ты» с первой минуты знакомства – графиня Ариго сразу отнеслась к Лайзе как к родной, и та с радостью ответила тем же.

- Но это я, а герцогиня Придд должна суметь перецеремонить самого утонченного придворного. Об учтивости твоего мужа в Западной Армии ходит легенд не меньше, чем о его подвигах.

- Я знаю, - улыбнулась Лайза. – Клаус-Максимилиан напоминает мне об этом каждый день... Как же все-таки хорошо в лесу!

После трех недель сидения над книгами и утомительной учебы, после полутемных коридоров и маленьких спален, после вчерашней духоты бала, Лайза с упоением вдыхала свежий осенний воздух и любовалась красно-желтой листвой. Землю устилал пушистый ковер из листьев, но деревья по-прежнему радовали глаз всеми оттенками золотого и багряного.

- Ингрид, я не совсем поняла... Йоганн упомянул про какой-то бергерский обычай...

Графиня Ариго весело рассмеялась и подмигнула обернувшемуся на жену графу.

- Бергеры любят благодарить женщин, которые дарят их друзьям сыновей...

- А.. – Лайза вспыхнула и опустила голову. – Конечно...

- У Жермона очень много друзей из Бергмарк. Когда родился Анри, меня буквально завалили подарками...

С Ингрид можно было говорить обо всем на свете. Они с Жермоном оказались единственными посторонними (Арно посторонним не считался, поскольку принимал во всей истории непосредственное участие), кому Валентин рассказал о происхождении Лайзы, - и герцогиня Придд могла взахлеб рассказывать о Метлих, отце с матерью, братьях и сестрах... Графиня Ариго тоже делилась воспоминаниями – она почти все детство провела в горной деревушке, играя с детьми простых охотников.

Арно и Йоганн так и не вернулись, а дорога тем временем пошла под уклон, и навстречу пахнуло влажным ветром.

Когда сквозь деревья показался просвет, Валентин остановился и подозвал Лайзу к себе. Кавалькада перестроилась – Ингрид присоединилась к супругу, а Норберт и Клаус оказались замыкающими.

Лайза вопросительно взглянула на мужа – Валентин смотрел прямо перед собой. Герцог Придд был привычно серьезен, но казалось, что в уголках его губ прячется довольная улыбка...

Дорога огибала безлесный холмик и спускалась к реке. Темно-синяя вода рябила под ветерком, а кое-где закручивалась в небольшие водовороты – неширокая речка оказалась довольно глубокой. Противоположный берег сплошь зарос орешником – кусты спускались почти к самой воде.

Обернувшись направо, Лайза потеряла дар речи. Узкая дорога змеилась в приречной низине, вдоль красно-золотистых холмов и терялась у подножия... почти горы, на которой возвышался сказочный замок. Вершины трех башен устремлялись в бирюзовое небо, по окнам и крышам рассыпались солнечные зайчики. С этой стороны не было стен – и казалось, что замок парит над золотым лесом, готовый в любой момент улететь к далекому, дымчато-синему горизонту.

- Держись! – задорно крикнул Валентин и прямо с места бросил коня в галоп. Лайза едва успела перехватить поводья – ее гнедая заржала и бросилась следом.

Они летели друг за другом сквозь прозрачный осенний воздух. Бил в лицо холодный ветер, звенела под копытами земля, холмы проносились навстречу, сливаясь в янтарную стену... Хотелось петь, кричать, сходить с ума! А из сердца рвалось наружу яркое, неистовое, бесконечное счастье...

 

Конец второй части


@темы: Валентин Придд, фанфики, отблески этерны, Сердце

URL
   

Heimat der Ewigkeit

главная